ivakol1 (ivakol1) wrote,
ivakol1
ivakol1

про грушинскй продолжение

Славка предупреждал, что никаких публичных объявлений времени приема пищи типа "идем кушать" делать не следует, иначе некоторое количество необязательно знакомых (а возможно, и совсем незнакомых и даже неприятных) персонажей, прицепится с нами. При вероятии отсутствия у означенных лиц денег, дальнейшее развитие событий непременно отражалось бы на нашем благосостоянии. Кстати, платежеспособность славка с серегой тоже рекомендовали не афишировать... Некоторая жлобливость такой позиции несколько царапала коготками мою квази-интеллегентскую натуру, но недолго.
И если с надворецким мы как-то спокойно платили друг за друга по очереди, что было вполне естественным , многолетнепривычным и, где-то даже взаимоприятным, то кормить и поить толпу даже относительно симпатичных людей было расточительно. И непедагогично.
К тому же, в лагере, к которому мы прибились, серега и славка были "своими бардами", традиционными развлекателями. К их же касте как бы автоматически отнесен был и я... Но помилуйте: раз уж мы развлекаем и не просим кормить и поить нас, можем же мы хотя бы не кормить других... А то уж совсем перебор: и напои, и развлеки.. Несколько раз мы, конечно, притаскивали в лагерь пива или еще чего и я убеждался, что славка прав: сжиралось и выпивалось все в секунду безо всякой благодарности. Не обидно и не жалко, но стимулирует как-то маловато... Раз как-то к костру подошел незнакомый мужик, поставил двухлитровую бутыль пива и ушел. Я ее разлил по кружкам, за что получил нагоняй от надворецкого: мне, говорит, за тебя стыдно... Выпили чужое пиво. А чего стыдного? Когда наше выпивалось - не стыдно никому. А тут - ничье...
Схожая картина и с организацией костра. Дрова нужно покупать, поскольку добывать их в зоне фестиваля практически невозможно. Но покупать ... Для кого? Одна семейная пара - юля и антон - пыталась организовать в лагере какую-то очередность в хождении за водой к источникам или за дровами, но безуспешно. В один из дней я отправился гулять "на гору" и на обратном пути набрал полный рюкзак сухих поленьев, на ночной костер. В лагере этого практически никто не заметил, кроме антона, которому я эти дрова и сдал. Но, пожалуй, это был один из всего нескольких случаев общественного добывательства в лагере.
В принципе, ничего нового в ситуации я не увидел: обычная кспшная тусовка, в основе своей - гниловатая, крайне разномастная и мелкокалиберная, несмотря на наличие ряда вполне достойных людей...
Разных, но, благо, в целом, позитивных или, на худой конец, нейтральных. Охотников до авторской песни среди них было немного. В основном, как и говорилось, тусовщики и тусовщицы... Особенных перемещений представителей нашего лагеря по фестивалю с целью послушать я не наблюдал. Им вполне хватало песен от славки с серегой да со мной или без меня, поскольку я-то иногда все же ходил по концертам. Справедливости ради, человек пять еще ходили порой слушать.
Впрочем, были и вообще малопонятные персонажи. В том смысле, что так, как здесь, отдыхать они могли, в сущности, где угодно и пилить ради этого из москвы или петербурга было, по меньшей мере, пижонством...
Преобладали, как положено, одинокие барышни, среди которых, конечно, были соискательницы на легкое(если можно считать легким проезд с рюкзаком и жизнь в палатках) интимно-духовное приключение. А были и соискательницы на нелегкое... В частности, катастрофически некрасивая барышня из провинциального городка, как-то ночью устало-пьяно поинтересовалась у попевающих песни и неторопливо разговаривающих нас: ну, трахнет меня кто-нибудь уже? Наверное, что-то все ж у нее вышло, поскольку уезжала она не совсем расстроенной, но явно подразочарованной. Пара барышень систематически меняли точки ночного местообитания. Одна волгоградская барышня приехала якобы к ожидавшему ее москвичу, кстати женатому, но пылко приготовившему к встрече батутоподобный матрас в палатке. Он встретил ее с рюкзаком и привел в лагерь. Однако, вечером она сидела на коленках у другого, а домой ее отправлял третий. Между первым и третьим за время фестиваля тоже кто-то мелькал. Причем первый, провожая взглядом ее рюкзак, уносимый третьим, саркастически прошипел: пусть потаскает, сюда-то я его пер - зачем?
В общем, как и всегда, большинство кспшников являли собой образцы незлых жизненных неудачников, на фестивале каким-то образом восполнявшие собственное "я". Просто выездом отдохнуть задешево с культурной программой я б поездку не назвал. Хотя, в принципе, если халявничать... Не знаю, в общем...
К слову, на финальный концерт на горе из "нашей" тусни отправилась по-моему, лишь одна представительница. И ливень тут служит оправданием относительным.
В последнюю ночь с огромным удовольствием погулял по ночным концертам и я.
Впрочем, от нашего костра, расположенного прямо у главной сцены, можно было никуда и не уходить: все было более чем слышно и видно.
К самой сцене периодически ходило всего несколько человек . В частности, услышав что-то интересное, я звал с собой славку и авдеевых и мы слушали и подпевали уже "из зала". Другой вопрос, что "в зале" быстро замерзаешь, особенно ночью. А днем жарко (или мокро, если дождь).
Тут и выручали домашние заготовки, дозируемые пробочкой...
Петь и слушать друг друга у костра было физически невозможно: переорать звук(отмечу - очень качественный) со сцены было занятием несовместимым со здоровьем душевным и физическим.
Чтобы попеть мы либо уходили к волге(с километр), либо ждали конца программы(часа два ночи). В принципе, был повод радоваться и плохой погоде, поскольку под дождем концерты прекращались и наступало затишье, позволявшее попеть под большим тентом.
Пели все подряд: от классики до наших с сережей песен. "противоположненские" песни, к удивлению, помнили... Даже просили что-то давно забытое. Честное слово, было жалко и стыдно, что многое мы сами забыли (в большей степени это относится ко мне - мои ж песни).
Народ у костра подобрался, в общем, подпевающий и знающий песенки. Поэтому дождевое развлечение под названием "40 песен про дождь" прошло как-то днем с большим успехом.
И все же уже первый день поверг меня, наверное, с усталости и с недоподпития, в подобие уныния: делать было почти нечего. И я свалился спать часов в 9 и дремал под сменявшихся на сцене бардов и околобардов. И даже ковалевское выступление не вытащило меня на улицу, и даже киреева я слушал из-под крыши сквозь сон. Хотя и ехал-то их, в частности, послушать. Разбудили меня аккорды... "отеля калифорния"... Я думал, что с ума сошел. Любопытство пересилило. я вылез из палатки и застыл в изумлении, поскольку дуэт на сцене после вступления неожиданно заголосил "там, где клен шумиииит..." и толпа взвыла в экстазе... Собственно, на этом концерт и закончился. Лагерь спал, а я отправился гулять по ночному фестивалю первого дня... Как ни странно, нигде не пели... На дороге попадались полуживые "лежачие полицейские", не добредшие до своих костров или просто поздно приехавшие и уснувшие прямо на рюкзаках.
Две пьяные барышни с тонкими длинными сигаретам, сидя у края дороги вели такой диалог:
-ну, ты, блядь...
- Я блядь?
-ты блядь
-Я не блядь... А вот ты, блядь... Бляаадь...
И так далее. При этом обе явно понимали друг друга... И разговор производил впечатление весьма насыщенного и информативного.
Побродив с часик, я вернулся в лагерь и уснул. Ночь была сухой и теплой...
Утро началось с того, что где-то рядом мужской голос, напоминавший славкин, разговаривал с ребенком, называвшим собеседника славой. Диалог был примерно таким:
(взрослый) Хочешь пить?
(ребенок) Пить хочу...
Пей
(пауза)
(детский, капризно) Ну, хочу пить...
(взрослый, удивленно) Хочешь пить?...
Даа!..
И так по кругу, пока спустя минут семь ребенок просто не зарыдал.
Блин, думаю, надворецкий, чего ты ребенка мучишь...
На свету оказалось, что и дети авдеевых, и славка спят, а диалог происходит у соседнего костра. Причем, на месте ребенка оказалась немалых размеров красномордая бабища, явно с удовольствием проведшая прошлый вечер и теперь расплачивавшаяся за него сумеречным состоянием души и тела. Явный садизм ее собеседника объяснялся тем же.
Но все же таки фестиваль есть фестиваль. И я принялся активно бродить по сценам и слушать. К вечеру выяснилось, что, в принципе, это бессмысленно, поскольку выступающие переходят со сцены на сцену, отрабатывая одну и ту же программу... Исключение - специальные узконаправленные сцены типа поэтической или сцены, которой заведовал михаил калинкин и где преобладали патриотически-военная лирика от всевозможных родов войск. Например, "расплескалась синева..." (кто не знает - гимн вдв)...то есть, у сцены царило ощущение дня десантника в сокольниках: мужики в беретах и тельнягах,иногда с медалями, часто нетрезвые и т.д.
С удовольствием наслушался уважаемых мной хусаинова, софронова и многих других авторов "второго эшелона" (то есть - не самых слушаемых всеми, но известных многим).
"первый" представляли мищуки, не всегда, кажется, трезвые, но заводные (опыт не пропьешь: Накануне у костра мы пели со славкой их версию "дороги-разлуки" и чего-то напутали во вступлении. Так авторы на сцене ее начинали раза три, ошибаясь там же. Славка иронично-самодовольно заметил, что и отличий-то меж исполнением немного.) Программа мищуков отличалась хотя бы некоторым разнообразием, чего не скажешь о коллегах по цеху.
Ежевечерне выступал ковалев, но с одним и тем же.... И забывая слова.
С удовольствием услышал вживую ольгу качанову в сопровождении прекрасного аккомпаниатора, но и она пела по кругу 5-6 песен.
Закрывал концерты на "нашей" сцене уже ночью киреев, перемешивавший 2-3 старых хита с "раскруткой" (читайте: навязчивым исполнением) 3-4 новых песен.
Мы даже рассуждали: по какому принципу выстраивается устроителями последовательность выступления? По индивидуальным особенностям авторов: кому-то комфортно выступать ночью, а кто-то уже спит на ходу и ему проще выступать днем... Или как?
Практически хедлайнерами выступали данской с "пятым корпусом", певшие такие... реггей-акустик-подворотные, вполне себе танцевальные, песенки с гармошкой. И толпа подпевала:

... А то на что ж вам свободу, блядь, выбили?..
и
...Я выбираю деда мороза!
И ты давай дед мороза выбирай!...

Мат со сцены, кстати, вообще звучал. Не сплошь, но рядом. Причем во всех значениях слова "звучал".
Почему "пятый корпус" оказался на этом фестивале, а не на соседнем - неясно. Впрочем, злопыхали, что оттуда их то ли выгнали, то ли не пустили... Хорошие ребята - но ... Другой вид искусства.
Вообще, народ у сцен активно танцевал и песни именно танцевального характера активнее приветствовались. Время авторов-исполнителей с акустическими гитарами ушло, по-видимому, невозвратно: полуакустическое или откровенно электрическое звучание стало нормой, сделав звук универсальным, но среднеудобоваримым. На сцене "междуречье" вообще преобладало "электричество".
В фаворитах фестиваля ходил дуэт "зеленая лампа" из нижнего тагила. Такие... продолжатели традиций колмыкова-лунькова: полуакустическое звучание, замена аккордов риффами, простенькие, часто на грани туристского шансона, тексты и молодецки-залихватское, звонкое исполнение. Слушались хорошо. Сам побежал за их пластинками, послушав раза два. Пластинок на меня не хватило.
Очень звучабельно. Но петь их песни самому... странно. Пустые они, за редким исключением.
Вообще, на заре жанра, когда авторы были преимущественно малопрофессиональны исполнительски, они могли конкурировать текстами или мелодикой... Душевностью там(прости, господи)...
А сегодня: писать, слава богу, все научились грамотно, текстов запрещенных нет, монополия дольского на босса-нову - в прошлом, инструменты и звук доступны каждому. Поэтому, идет соревнование, кто кого перекричит... Или переорет. Честное слово, это ощущение ("и не важно, что орем, главное, что громко") не покидало весь фестиваль. Допускаю, что брюзжу.
Активно кочевали по сценам чебоксарова с аккомпаниаторами(быков-земский). Первые несколько дней я слушал их издалека, а где-то к концу грушинского,посмотрел вблизи... Повзрослевшая , не сказать сильнее, чебоксарова скорее напоминала камбурову. Такое отчаянно-томное актерствование на сцене. Петь хуже не стала - упаси - но перебор с шаманством пугал.
Периодически на сцене встречались осколки "песен нашего века" в странно-произвольном составе(ибо иващенко возглавлял параллельный фестиваль, там же подвизалась хомчик, да и мищуки метались между). Рассмешил фрагмент, когда как бы случайно встретившиеся на сцене чебоксарова и мищуки буквально вытащили на сцену случайно проходившего мимо мирзаяна, чтобы собрать "осколки проекта" на импровизированное выступление.
Убеленный сединой мирзаян выглядел этаким не совсем трезвым (выражаюсь образно: вполне вероятно, что напротив)интеллегентом в бейсболке, ничего не понимал и они долго объясняли захваченному врасплох мирному барду, чего от него, собственно, хотят. Но так и не объяснили и он стоял полпесни на середине сцены с доброй и трогательно-глупой, но счастливой, улыбкой, раскачиваясь в такт всеобщему счастью.
Почтил присутствием грушинский и новоиспеченный народный артист митяев, но как-то проездом. Ну, тоже понятно: возраст, звание, бизнес - не до того. Но почтил.
Много выступал козловский, как раз жаловавшийся при выходе на сцену на возраст. Выступал преимущественно с блюз-роковой программой. Народ лихо отплясывал под губную гармошку.
Отплясывали и под песни активно выступавших на фестивале гейнца с даниловым. Их я ностальгически наслушался всласть. По-видимому, после раскола фестиваля они также вышли на первый план и их это вполне устраивало. В гражданской войне бардов они явно относили себя к побелителям. На одном из концертов дуэт вышел после чебоксаровой и гейнц с ходу выдал в зал следующий текст"когда поет лида чебоксарова, галя хомчик нервно курит в кустах". Фи... Неблагородно.
Но отпели они свое с явным удовольствием - их прямо перло, несмотря на простуду данилова.
Вообще простуд и несмыкания у частых выступающих было предостаточно. Умудрился сорвать голос даже негромкий, в общем-то, богданов.
Легендарного бардовского пьянства в этом году не заметил... Впрочем, возможно, не акцентировал внимание. Да и большинство основных выступающих обитали в отдельном лагере, обнесенном чуть ли не забором с вышками. Наверное, это и правильно. Как-то ночью к нашему костру пришел парнишка:"можно, говорит, я у вас посижу, у вас тихо.... А то там у костра гейнц с даниловым - ну, сил нет. Бесконечный шум и танцы. И эти группы поддержки..."
И вправду, многие "громкие" выступающие приехали с карманными армийками фанатов или фанаток. А гейнц с даниловым - прямо-таки с компанией группиз разного возраста, организовавших такой немалый активный остров поддержки в зале. Ни дать ни взять - футбольные фанаты. Только без шарфиков.
Ничуть не изменившиеся за те 10 лет, что я их не слышал, кинер с цитриняком так же пронзительно и невпопад голосили "польку-бабочку" вперемешку с песнями из "золотого запаса" старого дуэта братьев кинеров.
Неожиданными, в общем потоке малоотличимыми и, явно забытыми и неузнанными, на сцене мелькали такие мастодонты как тальковский или постаревший, но задорный туриянский. В некогда традиционной своей широкополой шляпе он прочел стишок-самопародию и, конечно, запел монтану и геофизическое танго(пропустив куплет)... Но почти никто его и не узнал... Мы со славкой, дружно подпевавшие, были одним из нескольких островков, помнивших эти некогда обязательные, хрестоматийные почти песни.
Впечатление сложилось грустное. Туриянский выглядел эдаким боярским от авторской песни...
Однако!
Все же у некоторых костров пели. Кто-то забился далеко от шума эстрад, кто-то вел ночной образ жизни... Например, у костра прямо за моей палаткой, ежеутренне с 4 утра начинался тихий концерт какой-то компании, певшей красивые песенки а-ля ансамбль "альманах". Когда не спалось, приятно было послушать.
Некоторое количество ожидаемых авторов вроде как были, но никто их не слышал. Так и не появился почему-то ожидаемый мной петербуржец владимир ильин, заявленный на паре сцен. На главной сцене как-то ночью должны были выступать официально заявленные кочетков с анпиловым, но так на сцену и не вышли. Хотя говаривали, что кочеткова на фестивале видели. Весьма вероятно, что, увы, пьющий автор просто "не дожил" до выступления.
Меня удивило отсутствие представителей 32 августа. Как объяснила обитавшая неподалеку таня королева, "они все обленились. Приехали только щербина с крупчанским, но они на федоровских озерах"(потом говорили, что там они бегали по сценам как гейнц с даниловым на этом фестивале и пользовались успехом, верится, что заслуженным).
В течение дня на сцене появлялось такое количество людей с гитарами и другими инструментами, что постепенно они переставали различаться.
Вообще, от основной, официальной части фестиваля веяло таким... потоком. суетливым и напряженным.
Процентов 50 фестивального народу
Фестивальным на самом деле не являлось. У сцен можно было услывшать диалоги типа:
(она): ну, мне хооолодно, блиин... Чего ты меня сюда привееез? Чего тут, одни пееесниии?
(он): ну, блиин, я ттее говорииил. А чего, песнии плохо? Бухать надоеелоо...
И так далее.
Как-то ночью мы со славкой пошли в торговые ряды за шоколадкой к коньяку. Как-только позади смолкли звуки авторской песни с поляны фестиваля, в уши ворвались звуки и ощущения... сочинского пляжа. Дискотечная попсовая музыка уровня "ну, где же вы девчонки", кафешки с полуголым от жары и пьянки народом, приехавшим просто потусить в диапазоне от "девочек потанцевать" до "мордой в салат"(буквально наблюдали картину) и бесконечное пиво....
Естественно, и обкуренного народу хватало, и пьяного... Но, надо сказать, что бравые милицейские наряды бдили активно и многие проблемы пресекали, что называется, на лету. Благо, пригнали их(блюстителей, а не проблем) с полк, наверное... Наблюдал сам активные действия лишь однажды: какие-то два дрожащих паренька спешно сворачивали лагерь, изредка с ужасом поглядывая на третьего, которого лениво били под ребра ботинками два доблестных защитника порядка. Наверное, за дело, поскольку ни у кого из них и мысли о протесте не возникало. Что уж они такого натворили?
Между лагерем и горой был разбит полевой госпиталь с десятком (вплоть до стоматологии и педиатриии) отделений со скучающими(в первые, по крайней мере, дни), такими эротико-киношными (голые ноги в сапогах из-под коротко подтянутых из-за жары белых полухалатов)докторшами.
Ожидаемой трудностью фестивального быта были, конечно, оправления естественных потребностей. Но не так страшно все оказалось: наличествовали как общественные "дырочки за ширмочками", так и платные кабинки биотуалетов. Заплатить десятку за возможность запереться хоть и в пластмассовое, но все же изолированное пространство, было вовсе не жаль. В частности, по большому мы со славкой ходили только туда. А уж после дождей, ливших дня два аккурат перед основным концертом на горе и чуть не отменивших его, когда суглинистая почва превратилась в грязевое месиво, перемалываемое десятками тысяч ботинок, кроссовок и тапочек, ходить было проблематично даже туда. Ночью пописать-то можно было и так, на дороге. А вот днем... Я приспособил под переработанную жидкость обрезанную широкую пластиковую бутыль, из которой потом аккуратно выливал все в вырытую под тентом палатки ямку. Сравнительно гигиенично.
В общественных туалетах зато было весело: утренние очереди и обмен любезностями и новостями, отчаянные звонки потерянных мобильных из выгребных ям...
Струйка дыма из-за перегородки: на "горшке" сидит человек в шляпе и курит трубку. Или диалог между двумя "кабинками":
-ну и хули?
-да хуйня
-А нехуя хуйню жрать?
-а хули тогда жрать?
Очень содержательно.
Отсутствие минимальных возможностей помыться тоже раздражало ужасно. Причем, как кожу, так и психику. Мытье в волге или в озерах даже называть мытьем кощунственно.
Там и купаться-то противно было. Хотя авдеев и славка купались пару раз. И детей выводили загорать пока было солнечно (авдеевы сидели на берегу и обсуждали, что неплохо бы "зарыть ребенка в теплый песок").
Чуть скрашивали быт влажные салфетки, в том числе и для интимной гигиены(такие тоже есть). Но.... запах. поэтОму, наверное, и комаров не было. Они выкуривались клубами табачного и кострового дыма(кстати, вопрос еще, какого было больше: костры-то жгли не все), парами алкоголя и запахом застоявшихся пота и прочих продуктов выделения организма. В этом смысле меня удивляли грушинские "пары", особенно стихийные: в антисанитарных условиях... Бррр.
Запах перегара перестал ощущаться на 2 день напрочь.
Так пахло все... Даже дети, кажется. Детей было много. Для них функционировали площадки и батут. Проходили детские концерты. Я, с удивлением, подумал, что моей семилетней дочери вполне могло бы понравиться здесь.
Торговую и фестивальные поляны соединяла тропа, напоминавшая московский арбат, где самовыражение желавших самовыразиться или что-нибудь продать без арендной платы перманентно достигало точки абсурда.
Продавали на тропе все что угодно: диски и цветы, маринованные овощи с огорода и пиво, майки с эмблемой фестиваля и магниты, пивные кружки и шарфы, амулеты и временные тату-переводилки, кальяны и гитары авторской работы, барабаны и вышивку...
Пели под гитары и без, предсказывали будущее (стоял такого скромного вида старичок с табличкой"хиромант"), фотографировали с животными, рисовали портреты, предлагали проверить вес или рост, просто попрошайничали.
Группа обдолбанных панков(или просто придурков - не разберешь сходу) притащила вонючие мусорные баки, уселась в них и требовала у проходящих денег ("а то не уйдем"). Преимущественно поддатый народ зажимал носы, но ржал. Ржали и вызванные менты, но марать о них рук не хотели. И я б не стал на их месте.
Компания неформалов притащила кучу железок, подвесила на ветки и играла странную "квази-колокольную" музыку и предлагала попробовать всем желающим.
В общем... Паноптикум.
Активно заявляли о себе на фестивале всякие политические и околополитические движения. Например,самарское отделение лдпр организовало на поляне целый лагерь. Молодежь в лдпровских майках раздавала газетки и прочую агитационную чепуху. День на третий лдпровцы провели акцию:две пачки какой-то доширакоподобной лапши, завернутые в партийный листок раздавали всем желающим. Предприимчивые кспшные дети набрали гору таких наборов и уселись на тропе торговать ими по 10 рублей за пакет.
Предприимчивость детей вообще не знала границ. То тут, то там какие-то дети то воду продавали из родника, то салфетки, то предлагали "сыграть в увлекательный аттракцион"(попасть шариком куда-нибудь, к примеру) на деньги.
Обещанных авторами интернет-отзывов спекулянтов водкой не видел. Разве что в последний день к нашему костру подвалили молодые ребята с предложением купить у них бутылку водки... За 100р. У ребят просто не хватало денег на отъезд, а водка уже была лишней. Причем, водка не выглядела паленой. Алкоголик макс кротов, которому предстояло ждать еше сутки своего поезда, оживился, взял водку, прищурившись,
присмотрелся к этикетке, деловито открыл, сделал глоток из дозатора, быстро оценил и расплатился. Вроде, как на рынке сливы покупал (а попробовать можно?)
Последняя ночь выдалась тихой. Киреев закрыл концерт. И все успокоилось... Многие уже разъехались (в пн - на работу). Кому-то было уезжать утром. У костра велся тихий разговор ни о чем... Но приятный и ни к чему не обязывающий. На робкое предложение попеть я неожиданно для себя удивился и отказался:тихо ведь, хорошо... Какие песни?..
Часа в 4, пока еще не рассвело, я отошел за дерево пописать. Не успел приступить, как из ночи на меня буквально свалился сильно нетрезвый мужик с вопросом;
- а здесь туалет?
-ну, а почему нет?- возразил я
-прекрасно, - мужик расстегнул ширинку и под журчание струи вдруг истерично, но вполне искренне выдал:
- и как?
-что?
-как, скажите, прожить эти блядские четыре часа?. . До поезда.
Что я мог ответить?
В понедельник утром, часов около 8,мы отправились на традиционную чашку кофе... Торговая поляна напоминала крым 20года перед приходом большевиков. Рынок стремительно сворачивался. Пиво распродавали за бесценок.
В привычном кафе барышня за стойкой подняла стеклянные от недосыпа глаза. Я показал (на пальцах) и попросил: два кофе. Она вымученно кивнула.
Мы уселись за столик и через пару минут получили... 2 пива.
Наше бурно-веселое удивление взбодрило барышню:ой, простите... Автоматически. Сейчас кофе...
И попыталась унести пиво. Мы переглянулись, вздохнули и махнули рукой:оставляйте...
Позавтракав и собравши палатки и рюкзаки, мы какое-то время провожали уезжавших в волгоград, казань, самару и т.д., потом отловили колымившую газель, которая отвезла нас к "жигулевскому морю", где славка с серегой опять уселись за бридж, а я переваривал увиденное за неделю.
В вокзале находиться не представлялось возможным: дух, привнесенный сотней кспэшников после недели на фестивале был настолько плотен, что в него нужно было "вплывать", набрав воздуха с улицы...
В нашем вагоне с майстрюковских озер не было никого, зато весь вагон заселил народ с федоровских. объединял нас запах. И только в одном купе ехали ни в чем не повинные "гражданские", которых было искренне жаль...
И вновь полночи мы с надворецким проболтали под виски, делясь впечатлениями от поездки... Похоже, у нас их было больше, чем у сереги авдеева, пожавшего плечами : груша как груша...
Для меня это было похоже на встречу с дедом морозом в зрелом возрасте: приятно, ностальгично, но уже безо всякого волшебства. Славка же неожиданно поделился тем, что ему "в этом году" понравилось. Возможно, он настраивался на худшее...
По возвращении мы распрощались со славкой у меня дома, за борщом под ледяную рюмочку... И вечером я уже улетел с дочерью в турцию... Но это совсем другая история...
Когда мы отъезжали от павелецкого вокзала в домодедово, наша электричка обогнала фирменный поезд под названием ... "слава" ...
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments